ragnali: (Жажда приключений)
Согласно одной из многочисленных греческих легенд, кипрский Пафос был основан в 12 в. до н.э. Агапенором, вождем аркадцев, царем Тегеи и внуком Ликурга. Возвращаясь с полей Троянской войны, где царь отличился, сопровождая Одиссея в его лошадиной эскападе, Агапенор оказался волею судьбы заброшенным на Кипр, тогда еще зеленый и лесистый, и решил там остаться и провести в тишине и спокойствии оставшиеся дни. Согласно другой, еще более романтичной легенде, город Пафос основал сын Пигмалиона и Галатеи по имени Пафос – время основания в легенде не уточняется. Согласно же современным исследованиям, нынешний Пафос (Nea Paphos) был основан царем Никоклесом в конце 4 в. до н.э., а город, основанный Агапенором, Палеопафос, располагался на месте г. Куклия, как и знаменитый храм, посвященный Афродите.

Вскоре после основания Пафоса, остров Кипр вошел в состав государства Птолемеев, которые высоко оценили стратегическое месторасположение города — он не только был недалеко от Александрии, столицы их царства, но и имел исключительно удобную бухту, ставшую важным военным форпостом вне Египта. В Пафосе разместилась штаб-квартира Стратига, главного военачальника Кипра, и город стал адмистративным, политическим и экономическим центром острова, с собственным монетным двором. Богатые леса, взбиравшиеся по холмам вокруг Пафоса, вырубались и вывозились в Египет или шли на строительство больших судов непосредственно в самом Пафосе, пока прибрежный Кипр практически полностью не вырубили.
Read more... )
ragnali: (Взгляд)
Всякий раз, когда я в Москве, я езжу по МКАД. С самыми разными чувствами. И эти самые разные чувства очень далеки от тех, которые я испытала от старых МКАДовских фотографий. Ностальгия то ли по детству, то ли по дорожной провинциальности...





Read more... )
ragnali: (Вдвоем)
По сравнению с дворцами, особняками и домами знати невенецианской Европы, это относительно небольшое строение кажется аккуратным и строгим. Во всяком случае, мне показалось именно так: здание скрывалось в лесах, и я пробралась в музей только со второй попытки. Суетливый, узкий, колодцеобразный световой двор, множество маленьких комнатушек за стеклянными стенами, смутные статуи, то ли изъеденные временем, то ли уставшие от современности — вероятно, такой же сумбур и многолосье царили здесь и во времена разгрузки товаров с вернувшихся из дальних стран судов. Я с грустью представляла ту же сумятицу во всем дворце, пока не проскользнула на неожиданно просторную и прохладную лестницу, убегавшую на второй, «парадный» этаж Ca’ Rezzonico. И вот тут беспокойный гул постепенно перестал быть заметным, перейдя в оглушительное пространство бальной, угловой залы, привычно отгораживающейся окнами от скучающего Большого Канала.


Парадная лестница

Разница между ожидаемыми скромными комнатками и огромным, наполненным светом и золотистыми росписями бальным залом была совершенно магической: неожиданно я переместилась в совершенно иное пространство и время. Я судорожно металась между окнами, словно ожидала гостей к ужину, корчилась в этических муках между запретом фотографировать и сладострастным желанием ухватить хотя бы цифровой облик этого волшебного места, впивалась глазами в резных арапчат, навеки врезанных в кресла и канделябры залы, и мысленно примеряла бальное, необыкновенно пушистое, мерцающее золотом платье, одновременно размышляя, не прохладно ли здесь вечерами в декольтированном одеянии — чихнуть в таких условиях представлялось верхом неприличия.


Бальный зал

Read more... )
ragnali: (Лесная фея)
Я уже не раз признавалась в любви к маленьким музеям - я вообще довольно постоянна в своих привязанностях, и тем не менее в Лондоне есть музей - не просто большой, а огромный, который мне нравится не меньше музеев маленьких. Он словно ларчик с секретом, китайские костяные резные шарики, вставленные друг в друга - никогда не знаешь, что можно там найти, какой сложится узор из резных отверстий. И это самый невероятный музей, посвященный дому и его ингредиентам, - каждая его комната таит в себе массу находок.

Это V&A museum, музей Виктории и Альберта. Там можно найти все: и тяжелейшую люстру Дейла Чихули из сине-зеленого стекла на входе, которая весит 4 тонны и для которой специально укрепляли потолок, но которая выглядит так же легко и воздушно, как связка устремляющихся в небо детских шариков, маленькая фигурка ухмыляющегося терракотового юриста 16 века, колоссальная алтарная часть нидерландского собора, давно разрушенного, но бережно сохраненного здесь, в музее, этюды для фресок Рафаэля, фрески Лейтона, резное дерево, инкрустированная мебель, коллекция одежд, начиная с 11 века, которая более чем заметно напоминает труды современных подиумных дизайнеров (или наоборот?), драгоценности, обладающие такой красотой и силой притяжения взгляда, что способны заставить забыть о шатких морально-нравственных устоях, кое-как взращенных цивилизацией, и потому благоразумно размещенные в прозрачные, но непроницаемые витрины...

Музей настолько огромен, что на 6 этаже дает представление марионеточный театр, на первом свирепствует бал всех святых, а где-то открывается выставка, посвященная истории индийского искусства. V&A очень отличается от наших музеев, в которых я стараюсь дышать пореже, ресницами махать покороче, чтобы избежать упреков в создании нездоровой атмосферы сквозняков для окружающего меня музейного пространства. Совсем иное дело V&A: иногда, под Рождество, там можно даже медленно тянуть бордовое вино под звуки струнного квартета и разглядывать бесстрастные черные статуи индийских бодхисаттв...

Read more... )
ragnali: (Время года)
Если у вас есть всего один день в Лондоне и вы хотите попытаться понять Англию, то нужно обязательно пойти в Вестминстер. А если вы богаты вторым свободным днем и полны желания отрешиться от всех забот и с головой окунуться в мир иной,  тогда лучше сбежать в Кью, Королевские Ботанические сады Кью.


Оранжерейная аллея

Сады Кью не просто сады — это огромная парковая территория в 121 га, самая большая в мире коллекция растений (более 30 000 видов), более 650 сотрудников, библиотека в 750 000 томов книг, архивы, гербарий, банк семян, несколько оранжерей, дом кувшинок, аквариумы, альпийские сады, сад рододендронов, китайская пагода, японский уголок, королевский дворец, ошеломительная галерея Марианны Норт, коттедж королевы Шарлотты, пруды, павлины и аллея над верхушками деревьев и мириады орхидей...

Read more... )
ragnali: (Default)
Меня всегда увлекали изображения домов: каждый дом словно лабиринт, путешествие во времени, беседа с его владельцами. В каждом есть какой-то код, ключ к пониманию его хозяина, времени или себя самой. Интересно наблюдать, насколько тема дома постоянно присутствует во все эпохи и у разных народов.


Лувр. к 12 - н. 13 вв. Один из самых старых резных алтарей в Лувре. Возможно, первая работа такого уровня, где двухмерное искусство практически превращается в трехмерное. В самой верхней части - резные верхушки домов града небесного, конечная цель христианина.
Read more... )
ragnali: (Default)
Это дерево из катакомб, где скрывались христиане во время гонений на заре христианской веры. Дерево огромное, с традиционными платочками и тряпочками, привязанными для исполнения желаний. Дерево огромное, в кадр не вошло, потому что внизу крошечный дворик.




Read more... )
ragnali: (Свет)
Аквилея — это маленький, сонный городок на севере Италии с населением 3503 человека. На самом деле, это самое сонное место из всех, где я когда-либо побывала: ощущение дремы и многовекового покоя заполняло все улицы и площади, слишком просторные для такого неактивного царства. Однако это только на первый взгляд.

Аквилея была основана в 181 до н.э. на реке Натисса, чтобы защищать северные границы империи. Первыми поселенцами стали 3000 солдат со своими семьями, к которым в 169 г. до н.э. присоединилось еще полторы тысячи человек. Стратегическое положение города, идеальное с точки зрения торговли и военного дела, привлекало окрестных жителей со всей Венетии. По римским традициям были проложены дороги, соединившие Аквилею с важными политическими и экономическими центрами империи, а в 89 г. до н.э. город стал муниципием, что позволило населению получить права римского гражданства и самоуправление. Неподалеку нашли золото, что способствовало еще большему притоку населения и инвестиций, развивалось земледелие и виноградорство, появились даже кирпичные заводы, Аквилея стала важным торговым и политическим центром.

Read more... )

Соборная площадь с колокольней и восьмиугольным баптистерием

Read more... )
ragnali: (Default)
До этой весны я совершенно не обращала внимания капители. А тут во Франции, случайно подслушав диалог - да-да, знаю, что нехорошо, но они просто разговаривали рядом и обсуждали капители, - я с удивлением обнаружила, насколько разными они могут быть. И иногда на капителях разворачиваются целые истории...


Из музея архитектуры
Read more... )
ragnali: (Default)
Люблю облака. Даже в самую тихую и безветренную погоду кучевые облака безмолвно меняют свои очертания, словно расцветая изнутри. И бесконечные движения воздушной массы настолько легки и завораживающи, что, если смотреть на небо долго-долго, они становятся зрительно осязаемы. Хотя бы для солнечных лучей.





Read more... )
ragnali: (Жажда приключений)
Сложно объяснить, почему меня сейчас так манит Средневековье, возможно, оно притягивает своей самодостаточностью и гармонией, родившейся из глубокой веры в упорядоченность и обусловленность бытия. Линейность и непрерывность жизни для средневекового человека порождали отличное от сегодняшнего мировосприятие: сравните бесстрастие, даже бесчувствие средневековой миниатюры и её современное осмысленное восприятие – как можно изображать истязаемых людей с улыбкой???


Жакерия. Крестьян изрезают на кусочки и сбрасывают в воды реки Марны у города Мо по приказу Гастона де Фуа в 1358 г. Миниатюра 1475 г. (из Википедии)

Из-за недостатка загадочности английские средние века (Middle Ages) меня интересуют существенно меньше – ну в самом деле, какая загадочность может быть в том, что посередине? Французские же Moyen Age меня утягивают как заглядывание в колодец в детстве: влажным холодом веет изнутри в самое знойное лето, непроницаемая вода гасит свет где-то в гулкой глубине, но и это не конец, а начало колодца, а дно его невидимо и недостижимо. Но и за дном – нечто, откуда сочится вода: из пластов, составляющих земную твердь, и это непостижимое колодезное нечто французского Средневековья таит для меня неодолимую прелесть.

Цельность и отдельность от окружающего пространства средневекового отеля Клюни особенно заметна на фоне современных зданий, которые сложно воспринимать вне контекста города. Клюни – это удивительнейший музей, который бережно обнажает статичность и предельную концентрацию средневековья, фокусировавшегося на раскрытии вечности в каждом миге, отделявшего преходящее от основного и поэтому неимоверно сильного и свежего, глубинно спокойного и всеобъемлющего, не фрагментарного, а представляющего всю перспективу жизни человека и истории. Насыщенность мгновения впитывает всю жизнь, позволяет всмотреться в себя самое, что не тождественно судорожным попыткам ухватить «здесь и сейчас», возникшим из-за современного экзистенционального страха увидеть всю жизнь целиком. Внешняя статика Средневековья была наполнена бесконечной динамикой жизни внутренней. Но парадокс заключается в том, что именно в Клюни зримо предстает начало динамической трансформации статики.

Внутренний динамизм получил одно из первых своих выражений в представленной в Клюни скульптурной группе Благовещение: легкие движения фигур, намеки на испытываемые чувств, внутреннее напряжение вместо всеобъемлющего покоя, намечающаяся капризность дамы, явно идущая от реальной женщины, податливость архангела…. Крошечные шаги на пути к экспрессии, индивидуальности, выразительности, постижению чувств, разнообразию – и отказ от внутренней сосредоточенности, уважения к невидимому и полноты жизни. Отказ от долгих размышлений и внутренних поисков. Хотите получить самый быстрый и самый полный ответ сегодня? Задайте вопрос Гуглу. Гугл - это воплощение предельной динамики, долгий путь к которой начался с отказа от статичности средневековья.
Read more... )

2. Скульптурная группа "Благовещение" с элементами динамики. Клюни

Read more... )
ragnali: (Взгляд)
Еще в глубоком младенчестве, когда я крепко и уверенно приступала к освоению мира на двух конечностях, а мой брат предпочитал четыре, мы оба твердо знали - нет города на свете лучше Парижа. Нет, попасть туда в те времена даже не мечталось: ну не будете же вы в ясном уме и на светлую голову размышлять о том, какие сорта груш высадить на вашем втором дачном участке на Марсе. Вот и мы не мечтали, во всяком случае я. Сиреневые мечты о Париже оживали лишь на картинах и в книгах.

Время шло, Париж оставался таким же далеким, и вдруг! На четвертом курсе в кафе детского паба (так называлась публичка на Фонтанке для студентов) появились круасаны - да-да! Самые настоящие, теплые, с золотисто-коричневым верхом и пропитанной маслом сущностью. Их разбирали моментально, и я брала сразу два продолговатых тельца и закрывала глаза от удовольствия, пока они - совершенно по-парижски! - разомлевали у меня во рту. Следующие два часа были напоены предвкушением новой встречи с Парижем, и горьким же бывало мое разочарование, если эти маленькие кусочки Парижа находили приют в иных местах.

Подлинное воплощение моей сиреневой мечты происходило как в тумане: как, я действительно живу на улице Вожирар? Это я пью кофе у д'Орсэ? Я своими глазами вижу тепло мрамора моего любимого Родена? Мне кажется, я тогда так и не поняла, что я побывала в Париже:-)

Зато в этот раз я всласть набродилась, нагулялась, потеряла любимые перчатки и нелюбимую шапку, вжилась и всмотрелась в город, впитала его запах и почувствовала его ритм. Можно любить или не любить Париж, но сложно не ощущать его магии. И так волшебно собирать по кусочкам свой, только тебе принадлежащий Париж...


1. Накануне Пасхи


2. А у нас зима


3. Комната витражей в Клуни
Read more... )
ragnali: (Default)
 

Жемчужина Адриатики Дубровник располагается в северной Далмации. Основан он был в 7 века нашей эры выходцами из Эпидавра (современный Цавтат – милейший городишко) на островке Рагуза, что и дало городу его первое имя. Напротив острова Рагуза было основано другое поселение, Дубрава, со временем эти оба городка слились, образовав современный Дубровник: когда-то в округе произрастало множество дубов, но для нужд Венецианской республики дубы пришлось срубить, а название закрепилось.

Жители Рагузы отличались дальновидностью и смекалкой: итальянец Мазуччо в своем «Новеллино» отмечал вероломство и сообразительность рагузянина, способного провести даже коварных наследников Макиавелли. Именно эти качества позволили рагузянам заключать крайне выгодные для них политические союзы — то с венецианцами, то с турками, в силу которых они избегали военных операций в течение нескольких веков и добились процветания Дубровницкой республики в 15 и 16 веках. Жители Дубровника приветливы, но держать с ними ухо надо востро и в наши дни!

Славу городу принесла не дипломатия, а морская торговля: только между 1680 и 1700 торговый флот Дубровника начитывал около 200 парусников, благодаря чему республика соперничала с Генуей и Венецией на Адриатике и Средиземнорье. Богатство города обусловило его автономность: начиная с 12 века город управлялся выборным князем и служил местом резиденция архиепископа. В тот же период происходило формирование органов городского управления: Большого и Малого вече. В 1775 году в Дубровнике открылось русское консульство.

Read more... )

Profile

ragnali: (Default)
ragnali

January 2012

S M T W T F S
1234567
891011 12 1314
1516171819 20 21
22 232425262728
293031    

Syndicate

RSS Atom

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Sep. 21st, 2017 07:18 pm
Powered by Dreamwidth Studios